По закону

По закону

       Советская чёрно-белая психологическая драма 1926 года режиссёра Льва Кулешова по мотивам рассказа Джека Лондона «Неожиданное». Главные роли исполнили супруга режиссёра Александра Хохлова, Сергей Комаров и Владимир Фогель. Жанр: драма, криминал, немое кино. Продолжительность: 00:57:32. Год выпуска: 1926.
       Режиссер: Лев Кулешов. Сценарий: Лев Кулешов, Виктор Шкловский, Джек Лондон. Оператор: Константин Кузнецов. Композитор: Роберт Израэль. Художник: Исаак Махлис.
       В ролях: Александра Хохлова — Эдит Нельсон, Сергей Комаров — Ганс Нельсон, Владимир Фогель — Майкл Деннин, преступник, Порфирий Подобед — Дэтчи, Пётр Галаджев — Харки.
       Группа из пяти золотоискателей находит крупное месторождение. Однажды один из старателей пытается присвоить себе добытое и убивает двух своих товарищей. Двое оставшихся, супружеская пара Нильсенов, обезоруживают убийцу, но перед ними встаёт проблема: свершить правосудие самим или на свой страх и риск попытаться вернуться в лоно цивилизации и отдать преступника на общественный суд.
       «Постановки фильма режиссёр добивается с трудом: на студии не верят, что можно поставить фильм в одной декорации с тремя актерами и при этом удержать внимание зрителя».
       «Съемки проходят напряженно. Группа работает каждый день, с семи вечера до восьми утра — на морозе, в ледяной воде. Актеры отогреваются в нетопленной избушке и запивают бутерброды с колбасой небольшими порциями чистого спирта, который им выдают из-за физически тяжелых условий работы. Домик, в котором на глазах творится настоящая драма, построен на одном из полуостровков Москвы-реки, в весеннее половодье он всегда покрывается водой. В тот год с наступлением весны неожиданно начинается наводнение, и вода заливает домик все больше и больше. Снимая, оператор Кузнецов с камерой отступает каждые десять минут. Аппарат все время стоит в воде, а режиссёра и оператора не спасают даже высокие охотничьи сапоги. При съемке крупного плана Фогель два с половиной часа лежит связанным на льду под брандспойтом и искусственным ветром. Намокшие провода от аппаратуры то и дело бьют актеров током. Потом Хохлова скажет, что „электричество помогало ей лучше переживать“. От съемки к съемке группа не успевает просушить костюмы. Обувь для скорейшей просушки придумали засыпать горячим овсом».
       После выхода картины на экран её воспринимают не очень хорошо. "Часть критики находит картину «слишком тонкой» для широкого зрителя. В прессе можно было обнаружить иронические дискуссии критиков по поводу фильма и прочитать: «Фильма эта — сплошной садизм, истерика, надрыв, театр-гиньоль, утонченное мучительство». И дальше: «Абсолютно закономерно, что таких заядлых формалистов, как Шкловский и Кулешов, потянуло на этот сюжет, где есть за что зацепиться куцей анархистской идейке о том, какая бяка есть „закон“ и как несчастны становятся люди, связавшиеся с этим злым дядей».