1767 год

       - Петр Иванович Рычков едет в Москву, куда недавно из Петербурга перебрался царский двор. В своих автобиографических «Записках» он вспоминает об этом визите так: «12 марта я имел счастие представиться Ея Величеству и удостоился из уст ея услышать следующие слова: «Я известна, что вы довольно трудитесь на пользу Отечества, за что вам благодарна». Рычков преподнес Екатерине II свою новую книгу «Опыт Казанской истории», написав автограф. Императрица приняла ее с благодарностью и более часа в парадной своей опочивальне разговаривала с автором, расспрашивая о городе Оренбурге, о ситуации тамошних мест, о хлебопашестве, о коммерции так снисходительно и милостиво, что тот день запомнился Петру Ивановичу «наилучшим и счастливейшим в жизни».
       О многих оренбургских новостях и проблемах поведал Рычков императрице, только о себе, о безуспешном поиске места службы не замолвил ни словечка. В беседе участвовал его сиятельство граф Григорий Орлов, всемогущий придворный сановник. Казалось бы, Рычкову представился удобный случай обратить внимание этих царедворцев на незавидное свое житейское положение. Не воспользовался, промолчал.
       - «Опыт Казанской истории» Петра Ивановича Рычкова, издан в Петербурге.
       - В 1767-м и в следующем году в «Трудах Вольного экономического общества» Пётр Иванович Рычков публикует несколько крупных статей «О содержании пчел», в которых призывает поставить пчеловодство как доходную отрасль на научную основу, «ибо нигде столько не содержится ныне пчел, как у нас в России». Причем вести эту науку нужно предоставить русским пчеловодам, так как печатавшиеся сочинения о пчелах иностранных авторов наполнены вымыслами и неточностями.
       Мало-помалу Рычков сделался таким знатоком пчел, что к нему за советом и помощью стали обращаться опытные пчеловоды. К ульям он подходил открыто, без марлевых и сетчатых масок. Пчелы не жалили его. Люди удивлялись этому, считали даже, что тут не обходится без «колдовства и очарования». В своих сочинениях Рычков по этому поводу писал, что «добрые пчелы не только хозяев своих, но и всякой их скот знают и без причины их не жалют». Злые пчелы вместо того, чтобы собственным трудом добывать мед, уносят его из других ульев, беспричинно нападают на людей, а особливо на слабых, тощих пчел. Злая пчела обнаруживает себя тем, что, выйдя из своего улья, устремляясь в полет за медом, кружит возле соседнего улья, будто высматривая, как в него забраться. Подлетев к скважинке, ныряет в нее, тут же выскакивает, снова вползает. Суетится, делает неуверенные движения. Тут обычно воришку подстерегает стража, завязывается драка Пчелы одного улья хорошо знают своих пчел, чужую встречают боем.

Июль.

30 - «Наказ» императрицы Екатерины II был опубликован, и в тот же день в Москве в Чудовом монастыре депутаты начали свою работу. Присягая восседавшей здесь же на троне императрице, они клялись приложить чистосердечное старание в великом деле сочинения проекта нового Уложения.
       Заседания депутатов проходили очень бурно. Жаркие споры вскипели по вопросу «Кого по закону следует считать истинным дворянином?». Одни утверждали, что этот титул передается как бы по наследству, другие склонялись к петровской оценке этого звания, уверяя, что достоинство дворянина приобретается добродетелью и честной службой отечеству. То есть каждый недворянского происхождения гражданин за свои заслуги может быть пожалован дворянином с принадлежавшими этому званию привилегиями. Родовитые дворяне, однако, не хотели делить авторитет и господство с дворянами, приобретшими это звание усердной воинской и штатской службой. Депутаты от высокородного дворянства всячески отстаивали свои привилегии, требовали для себя неограниченных прав владеть крестьянами.
       Многие депутаты сетовали на то, что дворяне и помещики к земледелию не относятся без надлежащего прилежания и усердия. «Теперь в России многие земледельцы вместо того, чтобы умножать хлебопашество, покидают вовсе земледелие и вступают в торговые дела, но по незнанию своему тонкости коммерческих опытов, поторговавшись, приходят в банкротство и, скрываясь от долгов, уходят в города, но и в деревню уж не возвращаются. Поэтому надо повелеть земледельцам для пользы всего государства заниматься единственно хлебопашеством и ни в какую торговлю не вступать», — предлагал рыбинский депутат А. Попов.
       Вышеупомянутая депутатская комиссия так и не смогла принять новое законодательное Уложение: помешала начавшаяся война с Турцией. Но основной помехой было то, что правящая верхушка России еще не созрела для решения вопроса о крестьянской свободе и собственности. Меж тем барщинно-оброчная система хозяйствования, дух крепостничества, проникли во все сферы жизни страны, отложились на духовном облике русского крестьянина.
      
Август.

10 - На четырех языках (русском, французском, немецком, латинском) издан «Наказ» ЕКАТЕРИНЫ ВЕЛИКОЙ. Книга распространялась не только в России, но и за рубежом, где не всегда пропускалась цензурой как чересчур либеральная.
       Трактат философско–юридического характера был написан в качестве руководства для депутатов комиссии по составлению нового уложения (правового кодекса Русского государства) взамен устаревшего «Соборного уложения» 1649 года. Сочинение императрицы состояло из вступления, 22 глав, разделенных на 655 статей, заключения и двух дополнений, рассматривавших вопросы государственного, гражданского и уголовного права. Была подчеркнута необходимость крепкой самодержавной власти, «…так как никакая другая власть на таком пространстве не может действовать и была бы не только вредна, но прямо разорительна для граждан». Наказ предполагал равенство граждан перед законом и «вольность» их в пределах законности. В уголовной области он отрицал употребление пытки, выступал против смертной казни и вообще против жестокости наказаний.
       В своем замысле Екатерина руководствовалась сочинениями француза Шарля Луи МОНТЕСКЬЕ «О духе законов», итальянца Чезаре БЕККАРИА «О преступлении и наказании» и другими политическими сочинениями, модными в ее эпоху. Составление «Наказа» заняло около двух лет. Предъявленный приближенным императрицы, он напугал придворных, постаравшихся сей труд сократить и исключить из него мысли об ограничении крепостного права и улучшении положения крестьянства. В конце 1766 года Екатерина издала манифест о созыве выборных депутатов в комиссию. Всего было избрано 565 депутатов. Их на все время работы комиссии обеспечивали казенным жалованьем, навсегда освобождали от телесного наказания, пыток и казни. Комиссия должна была выяснить народные нужды и пожелания (было получено до полутора тысяч депутатских наказов), согласовать их с высокими началами «Наказа» и составить новый, совершенный для России закон.
       Летом 1767 года в Москве, в Грановитой палате, начались заседания комиссии, через полгода переведенной в Петербург. Из состава комиссии выделились многочисленные специальные комиссии по отдельным вопросам. В конце 1768 года большая комиссия была распущена, специальные же трудились еще многие годы. Императрица лишний раз убедилась, что нельзя составить свод законов из пустых рассуждений в многочисленном и неподготовленном к делу представительном собрании. Когда же объявился бунтовщик Емельян ПУГАЧЕВ, председателя комиссии генерала Александра БИБИКОВА отправили на борьбу с ним и о «Наказе» больше не вспоминали.
       Благие намерения Екатерины сделать народ «счастливым и довольным» так и остались неосуществленными. Более того, императрица пришла к выводу, что вносить какую-либо демократизацию в общественно-политическую жизнь страны не нужно, что «Российская империя есть столь обширна, что, кроме самодержавного государя, всякая другая форма правления вредна ей…». Примерно так же рассуждали многие государственные деятели и даже некоторые просветители того времени. Так, известный поэт и драматург Сумароков, отвечая на вопрос Вольного экономического общества «Потребна ли ради общественного благоденствия крепостным людям свобода?», прислал свои размышления такого содержания: «На это я скажу: потребна ли канарейке, забавляющей меня, вольность или потребна клетка, и потребна ли стерегущей мой дом собаке цепь? Канарейке лучше без клетки, а собаке без Цепи. Однако одна улетит, а другая будет грызть людей». На вопрос «Могут ли в России землями владеть крестьяне, ибо то право дворян?» он ответил: «Что же дворянин будет тогда, когда мужики и земля будут не его, а ему что останется? Впрочем, свобода крестьянская не токмо обществу вредна, но и пагубна, а почему пагубна, того и толковать не надлежит».
22 - Екатерина II издала указ, который гласил, что если кто «недозволенные на помещиков своих челобитные наипаче ее величеству в собственные руки подавать отважится», то и челобитники, и составители челобитных будут наказаны кнутом и сосланы в Нерчинск на вечную каторгу. Указ лишал крестьянина права жаловаться на помещика ни при каких обстоятельствах.